- Алена, с чего началось Ваше увлечение русским фольклором?

- Я с детства занималась музыкой, окончила музыкальную школу по классу фортепьяно. Свое обучение я планировала продолжать в Тульском музыкальном училище им. А.С. Драгомыжского, но когда пошла сдавать последний экзамен, а он был достаточно простой, не дошла до аудитории, потому что за дверями одного из классов услышала какую-то странную музыку. Буквально как мышь на сыр, я пошла на этот волшебный звук, заглянула внутрь, и там студенты исполняли старинные русские песни, как сейчас помню, Белгородской области. Тогда я поняла, что это мое, я хочу этим заниматься и петь именно это.

- Это было Ваше знакомство с русской музыкой?

- Да. До того момента мне было неизвестно о ней, но пела я всегда. Мне часто говорили, что у меня большой диапазон, многие подшучивали, мол, откуда в таком тщедушном теле столько звука.

Так вот, в тот день, в училище, я села и слушала русские песни полтора или два часа, не могла оторваться, пропустила экзамен. Пришла домой, мама спрашивает: ну как? А я ей ответила, что не пошла и теперь буду заниматься русской песней. Я никогда до этого не слышала настоящие народные песни, а тут такое открытие - моя судьба просто в корне поменялась.

Далее я пропустила год, потому что год занималась вокалом, чтобы поступить на отделение народного хора Тульского музыкального училища. И вот получилось.

- А что такого особенного было в этой музыке?

- Во-первых, ребята пели а капелла. Во-вторых, я испытала совершенно невероятное ощущение, будто уже слышала это где-то, а где именно, не могла вспомнить. Было ощущение причастности к чему-то своему, родному, но забытому. Это ощущение и сейчас живо во мне, особенно остро оно проявляется в отдельные моменты, например когда я занимаюсь расшифровкой старинных песен. Я не понимаю, как простые селянки без музыкального образования могли так петь, строить такие интервалы, так проворно владеть голосом, а главное, во всех народных песнях такая великая мудрость, такая философия, такая глубина, что, честно говоря, немного страшно становится.

- Почему современным россиянам неизвестен мир народной песни?

- Думаю, что наш народ настолько устал, что совершенно разучился копаться в себе, постигать свою сущность, сущность русского народа. Вот что дают, то он и потребляет. Это, видимо, проявление нашей национальной черты - смирения, что неплохо, с одной стороны, но оно перешло уже в какую-то усталость, пассивность. Плюс экономические неурядицы, на мой взгляд, не дают возможности россиянам думать о духовном. Отработаешь смену на работе, приходишь, и сил уже ни на что не остается.

- Но крестьяне отнюдь не меньше работали в царское время...

- Отнюдь не меньше, согласна, а возможно, даже и больше, чем современные россияне. В царское время народ был гораздо более развит духовно. Тогда не было интернета, мобильных телефонов, электричества, зато была тесная связь с природой. Складывается ощущение, что люди много размышляли о вечности, иначе откуда взяться таким глубоким текстам? Да, в советский период, безусловно, сформировалась своя народная культура - появились хоры, замечательные сольные исполнители, но они пели стилизованные народные песни или авторские песни. Конечно, это не убило народную песню, но то, что исполнялось в советский период, не было аутентичным в большинстве своем.

- Вы за полное сохранение оригинала?

- Конечно! Бывает, что мне приходится расшифровывать песню, в которой 85 куплетов, и я не могу это вынести на сцену - меня слушатели просто не поймут, они умрут от скуки, особенно неподготовленные, поэтому я тоже стараюсь аранжировать, но при этом максимально оставлять оригинал.

- Как Вы решаете вопрос с диалектами, ведь на Руси в разных ее регионах говорили на свой лад?

- Я не хочу быть эгоистом, поэтому стараюсь адаптировать тексты для слушателей, чтобы их понимала не только одна я, но и другие люди. Какие-то яркие слова оставляю, но стараюсь их спеть таким образом, чтобы люди более или менее поняли. Хотя не все понимают и не все. От этого немножко обидно, если честно...

- Почему Вы поехали однажды в этнографическую экспедицию?

- Во-первых, этнографические поездки были частью учебной программы отделения народного хора музыкального училища. И потом, они помогают в познании мира этники, народной культуры. Одно дело, когда ты слушаешь песни в записи, и совсем другое, когда ты общаешься с этими бабушками. Это невозможно передать словами, когда они поют, слезы сами льются из твоих глаз - эта энергия, эти лица, эти глаза, настолько глубокие и мудрые, что просто потрясает! Хотя, к сожалению, таких бабушек очень мало уже осталось в России.

- Что нового Вы узнали о России после этнографических поездок и в результате Ваших туров с концертами?

- Я испытываю двоякое чувство. С одной стороны, Россия потрясает своим величием, но с другой, печально состояние деревень, уровень жизни населения низкий. Денег нет, работы нет, молодежь покидает деревни. Многие пьют, нет стремления как-то развиваться. Я много думала, с чем это связано - то ли леность души, а может, неуверенность в себе.

С концертами проще - мы ездим в туры, видим определенную аудиторию, в глубинку не заезжаем. Хотя очевидна разница между большими городами и мелкими - уровень жизни в разы отличается.

- Есть ли среди подрастающего поколения люди, увлеченные русской песней? Может быть, кого-то Вы уже ввели в этот мир?

- Я семь лет преподавала в Государственном музыкально-педагогическом институте имени М.М.Ипполитова-Иванова, где, собственно, училась, поэтому могу сказать, что внесла некий вклад в музыкальное развитие нескольких десятков человек. И я вижу, что молодежь начинает увлекаться народной музыкой, их с каждым годом все больше, это радует.

- Это какая-то модная тенденция или неосознанное возвращение представителей русского народа к своим корням?

- Сложно сказать. Даже если и модная тенденция, ничего страшного я в этом не вижу. Пусть хотя бы так люди познают свои корни, это пойдет им только на благо.

###

- Может ли иностранец спеть русскую народную песню правильно?

- Нет! Это все равно что мы, славяне, пытаемся спеть на английском. Безусловно, многие наши музыканты отлично справляются с этой задачей, но все равно не думаю, что мы до конца передаем дух англоязычных народов.

- Как иностранцы реагируют на русский фольклор? Какое впечатление на них производит наша этническая музыка?

- Да они просто в шоке от нее! Практически все остаются под сильнейшим впечатлением! Спрашивают в изумлении, что это. Мы отвечаем, что вот такой у нас, русских, фольклор. Они все время говорят, что это настоящее, что это здорово, и желают нам и дальше продолжать заниматься русской этнической музыкой. А я и не собираюсь бросать - я без русской музыки никуда.

- Расскажите о своем дальнейшем творческом пути.

- После окончания Тульского музыкального училища я переехала в Москву, окончила институт имени М.М. Ипполитова-Иванова, потом участвовала в проекте с потрясающей певицей Тиной Кузнецовой, а потом появилась группа ДДТ. Мой путь безумно интересный, неожиданный, и я чувствую, что все только начинается на самом деле.

- Почему Юрий Юлианович обратился к русскому фольклору, на Ваш взгляд? В его музыке и раньше были народные мотивы, но альбом «Иначе» и звучит иначе! Чем Вы привлекли его?

- Мне сложно за него говорить, наверное, лучше спросить у Юры... Возможно, совпало наше отношение к народной музыке: он очень любит ее, она его трогает, он понимает, что чем больше молодежи услышит русский фольклор, тем будет лучше. Мы познакомились, ему, видимо, понравилась моя энергетика, попробовали начать работать, и пошло.

Хочу сказать, что для меня огромная честь работать с Юрием Шевчуком - не просто талантливым музыкантом, но и невероятным человеком, с бездонной душой и огромным сердцем! Я бесконечно восхищаюсь им, его творчеством, он вдохновляет меня и каждый раз открывает какие-то новые стороны моего творческого я. Мое участие в группе ДДТ открыло важнейший период в моей жизни - Юра показал мне, как народная песня может звучать в роке. Это невероятно!

0

Алена Романова и лидер группы ДДТ Юрий Шевчук. Фото: РИА Новости

- ДДТ записала уже два альбома с Вашим участием, верно?

- Да, первый был альбом «Иначе», а в этом году мы представили пластинку, которая называется «Прозрачный». Осенью поедем в тур в поддержку этого альбома.

- Желаем вам и дальше успешного творческого парения. Ну а Вы? В будущем сможете пригласить кого-то в свой проект? И можете ли выступить продюсером для молодого таланта?

- Не думаю, мне кажется, я не менеджер, для этого нужны определенные способности, каковых я у себя не замечаю. Спеть с кем-то, записать совместные песни, альбомы - да, но продвигать кого-то я не то чтобы не хочу, просто это не мое...

- Алена, а есть кого продюсировать? Есть талантливые исполнители русской народной песни?

- Да, и много. Причем с каждым годом появляются новые коллективы, и, что мне нравится, эти команды постоянно экспериментируют с музыкой. В результате получается что-то очень необычное и очень удачное.

- Вы тоже экспериментируете, и получается здорово. Как Вы это делаете?

- Первым моим вдохновителем на подобные эксперименты был Сергей Старостин. Потом я познакомилась с Тиной Кузнецовой. Она, конечно, была огромным моим вдохновителем. Тина - джазовая певица, но тоже поет народные песни, и вы знаете, она так легко с этим справляется - получается отличное переплетение народных и джазовых мотивов. Потом я потихоньку начала сама экспериментировать со звуком, смешивать разные стили... Плюс я постоянно знакомлюсь с разными музыкантами, они тоже вдохновляют, предлагают какие-то варианты, мы вместе играем.

- Можно ли вывести народную песню в широкополосный формат и сделать ее популярной в обществе?

- Думаю, да, хотя это будет непросто. Сейчас с ребятами из группы ДДТ мы работаем над моими сольными народными песнями, в качестве некоего эксперимента. Когда я начала это делать, друзья спрашивали: а перед кем ты будешь выступать? А я даже не думала об этом! Просто выражаю то, что находится внутри меня, что просится наружу.

- Что общего у русского фольклора с украинским?

- Да все общее, украинские песни с русскими очень похожи! Но петь пока их не могу.

- Почему?

- Я очень переживаю из-за того, что сейчас происходит в Украине, мне больно на все это смотреть. И петь пока не могу - другой настрой для этого нужен, надо, чтобы время прошло.

- Расскажите тогда о своей гражданской позиции. Что Вы думаете по этому поводу?

- Я очень далека от политики, считаю, что рассуждать о политике и войне надо людям, которые действительно разбираются в этом. Мне кажется, сложилась такая сложная и запутанная ситуация, что и специалисты-то оказались в весьма непростом положении. Я могу сказать, меня это тревожит сильно, до слез, у меня много друзей в Украине - это потрясающая, красивая, богатая страна, и у меня, честно говоря, в голове не укладывается, как такое могло произойти между нами. Мы же братские народы, мы не должны ссориться, а должны, напротив, поддерживать друг друга в этом сложном мире! Я очень хочу, чтобы все это скорее закончилось...

- На Ваш взгляд, как консолидировать российское общество? Многие говорят, что россиянам не хватает единства...

- Когда приезжаешь на музыкальные фестивали, видишь, что мы настолько вместе, мы настолько едины, мы настолько сила, все радуются друг другу, все обнимаются, целуются - помор с кавказцем, мордвин с русским, татарин с евреем и так далее. Нужен духовный стержень, надо молиться. Когда ты молишься, когда ты веришь, твой разум и душа очищаются. В нашем обществе мало доброты, мало сострадания. Когда мы будем проявлять друг к другу больше сострадания и тепла, тогда, уверена, мир сразу изменится в лучшую сторону!

Беседовала Алевтина Шаркова