Считается, что Большой Тютерс буквально нашпигован военным арсеналом. Так ли это? Чем заняты военные, когда на небольшом острове находится не один десяток гражданских? На эти и другие вопросы МИА «Россия сегодня» отвечает командир группы разминирования Западного военного округа (ЗВО) на острове Большой Тютерс, старший лейтенант Илья Щербаков.

- Товарищ старший лейтенант, буквально на днях здесь был обнаружен схрон беоприпасов, причем крупный. Расскажите, что нашли?

- Нашли около 150 так называемых мин-лягушек (S-mine 35) активно используемых немецкими войсками во времена Второй мировой войны. В те  времена это была самая современная мина, используемая, в основном, для растяжек на уровне 5-7 см от земли. Зона поражения - около 20 метров. Также применялись  различные осколки залитые в клей - куски проволоки, бракованные пули, шарики (шрапнель) и другие. Всего - около в одной такой мине было нашпиговано от 315 до 365 осколков. А впервые данный снаряд использован в 1938 году.

"Мина-лягушка", как мы ее называем на своем, саперном диалекте,  была одной из передовых снарядов своего времени. И наводила ужас на противника. Так, в оккупированной фашистами Франции думали, что это точные удары немецкой артиллерии по позициям противника. Настолько эффективно она поражала французских солдат. Правда, со временем, потеряв приличное количество людей, там  поняли - это все-таки мина.

"Мина-лягушка" используется в трех видах. Первый. В виде растяжек.  Идет солдат, задевает проволоку, и мина срабатывает. Далее - нажимной вариант.  Это когда человек встает на нее, невольно прижимает детонатор ногой и далее за его спиной следует взрыв. И третье - это управляемый вариант, с помощью пульта или проводов.

- И какова была эффективность подобного оружия?

- Для своего времени это было совершенное, не имеющее аналогов в мире, оружие. Боялись больше всего именно таких мин. Люди просто не представляли, что что-то может выпрыгивать из-под земли, из кустов, с обочины дороги и поражать всех в радиусе 20 метров.

А производили «лягушек» в самой Германии, Чехии. В Чехии, к слову, потом на этом же заводе делали известные в СССР мотоциклы Чезет.
По мере продолжения Второй мировой и расширения границ Третьего рейха, немцы строили заводы непосредственно на оккупированных местах. Есть мнение, на Большом Тютерсе тоже был завод по сборке подобных «мин-лягушек».

- По данным немецких архивов, есть ли в этом месте другие склады орудий и боеприпасов?

- По карте, которая есть в нашем распоряжении, в данном (юго-восточном) районе острова находились склады инженерских, артиллерийских боеприпасов, взрывчатых веществ. На данный момент обнаружили еще один. Порядка 500 штук снарядов. Возможно, что это есть еще.

- Они все еще опасны?

- Запомните: любая мина имеет какое-то коварство. При отходе немецкие войска либо сами уничтожали боеприпасы, либо ставили на т.н. «неизвлекаемость». То есть,  закладывали мину обратного действия. Например, ее забрасывали каким-то мусором, тем самым прижимая ее, а при отжиме (уборке этого самого мусора) происходил взрыв. Этот вариант работал при первых случаях разминирования острова после войны в 1945-1946 гг.

Сейчас ситуация иная - мы не обнаружили подобных мин. Единственное, сначала мы нашли пустые ящики, под которыми на глубине 30-40 см располагался  данный схрон.

- Товарищ старший лейтенант, с  вашей точки зрения немцы умели воевать?

- Однозначно - да! Они были очень хорошо подготовлены к войне. И воевать немцы умели.

- Скажите, пожалуйста, какие еще виды мин обнаружены на острове?

- В прошлом году - бетонные мины. В этом году ничего подобного нет. Бетонная мина - примитивна, так используется смесь бетона и металла. Выглядела как граната Ф1. В землю ставили кол, на него ставилась мина и шашка буровая (около 70 грамм взрывчатого вещества) и взрыватель. Радиус поражения маленький  - около пяти метров. В основном, использовался противником для защиты лагеря от разведчиков. Ее могли установить любой солдат, пехотинец. Особого навыка не требовалось.

Правда, их сложно обнаружить. Средства поиска, например, миноискатели не могут их найти из-за (применения) бетона. Поэтому полагаемся еще и на саперное чутье. Полагаемся на внешний осмотр, внимательность сапера. Техника иногда не помощник: она может выявить растяжку или еще какие-либо предметы такой мины. Однако, современные поиска в абсолютном большинстве случаев действуют очень хорошо и здорово помогают саперу.

- Что делаете, когда находите взрывоопасные предметы?

- Первым делом оцепляем участок. Затем извлекаем взрывоопасные предметы и переносим на место их уничтожения. После решения каким методом ее стоит ликвидировать, мы переходим к последней операции - уничтожению. Уничтожается абсолютно все, ничего не должно остаться.

- А где вы учились?

- В Тюменском высшем инженерно-командном училище (ТВВИКУ). Окончил в 2012 году, после чего по распределению попал в батальон уничтожения боеприпасов взрывным способом. Он располагается в Ленинградской области, деревня Елизаветинка. Там огромный полигон, где  проводили ликвидацию боеприпасов, снятых с вооружения РФ. Затем я был переведен в новосформированный полк, где продолжил свою карьеру на должности командира взвода.

Родился я в Хабаровске, а вырос в Брянске.

Почему выбрали эту профессию? С детства нравилось. В Брянске очень много ДОТов и прочего, да и дед у меня, Михаил, воевал с фашистами. У него была награды -  в том числе медаль «За освобождение Москвы». Призвался дед с 1939-м, а демобилизовался уже после войны - в 1948-м.

- Что нельзя делать при работе со взрыво-опасными предметами (ВОП)?

-  Курить или разжигать огонь, резкие движения, бросать ВОПы. Плюс необходимо носить защитные костюмы.
Во время работы я, как командир, обязан присутствовать на месте и руководить процессом. Если возникают внештатные ситуации, то решение также принимаю я.

- Как общаетесь с саперами?

- Если нас много и мы работаем на большой площади, то используем специальное оборудование для переговоров. А так просто разговариваем, но только по делу, здесь не место лишним разговорам. Также перед началом работ мы можем условиться о каких-то жестах.

 

- Саперы циничный народ?

- Не без этого.

- Психологический барьер какой-то?

- Да. На самом деле должен изначально присутствовать страх. Не такой, что страшно подойти в мине или снаряду, а страх за товарищей и окружающих. Нужен мотивирующий, легкий страх. Ведь если мы не выполним задачу, погибнет много людей.

- А как вы общаетесь с бойцами на личном уровне?

- Во время работы - командир и подчиненный. Я даю приказы, солдаты их выполняют. А вот в казармах в свободное время мы спокойно, по-дружески общаемся на сторонние темы. Работа есть работа, а быт есть быт.

Опять же все саперы, это контрактники. Срочники не допускаются к таким операциям, их лишь обучают на случай военных действий. Они допускаются лишь на полигоны. Поэтому мы работаем лишь в команде профессионалов.

- А вы здесь работаете до какого периода?

- Мы здесь на срок экспедиции. Наша главная задача проверять те места, где будут проводиться исследования и поиски. Мы делаем работу экспедиции полностью безопасной. Прежде чем представители РГО или волонтеры будут допущены к определенной части острова, она проверяется нами.

- А вы общаетесь со своими коллегами, которые работают, например, в Сирии? Какая там ситуация?

- Во-первых, там современные мины и снаряды. Во-вторых, там много самодельных взрывных устройств. Я бы даже сказал, что их там особенно много.
Нас дополнительно обучают работе с самодельными взрывными устройствами. Нас вообще постоянно чему-то обучают. Ведь техника, вооружение и взрывные устройства  постоянно меняются и совершенствуются. А мы должны уметь с ними работать. Поэтому мы постоянно проходим  курсы, сдаем зачеты.

- А если вас сейчас отправят в Сирию, сможете там работать?

- Конечно. Это моя работа, да и я сам не против.

- А как ваша жена к этому относится?

- Моя семья жена Екатерина и сын Дмитрий меня всегда поддерживает.

- А как вам сейчас служится? Что-то изменилось за последнее время?

- Служба намного улучшилась. Отношения к нам стало лучше. Нас стали ценить. Многие стали приходить по контракту. Зарплаты нам увеличили прилично. Платят стабильно срок в срок. Жилье дают или оплачивают за поднаем, то есть по факту тебе компенсируют затраты на аренду жилья.
Все это дает уверенность в завтрашнем дне и стабильности в будущем. Поэтому служим в полную силу с заботой о Родине.

РИА Новости